МОЯ ЛЕГНИЦА

27 сентября 2013 -

Здравствуйте, дорогие наши Легничане, как русские так и польские!

Я обещала разместить на нашем сайте свои воспоминания, которые были награждены польской стороной II местом.

Огромное спасибо Войцеху Кондуше за предоставленную возможность поучаствовать в этом конкурсе. И огромное спасибо Яцеку Гломбу и всем остальным организаторам за возможность побывать в Легнице, почувствовать себя снова детьми, счастливыми и беззаботными!

Не знаю, будут ли интересны кому-нибудь мои воспоминания о том прекрасном времени, когда я прибывала на территории той страны, которой сегодня нет на карте, то есть она есть, но именуется уже иначе. Это была Польская Народная Республика и небольшой городок на западе с красивым названием Легница.

Это был 1983 год, на то время мне было 11 лет.

Свое повествование буду ведать, прибегая к местоимению «мы». Ведь все те чувства, которые я постараюсь изложить, я переживала и переживаю вместе с сестрой — близняшкой Леной.

Наверное, всему тому поколению, с которым я росла и взрослела, с которым разделила счастливую возможность провести самые чудесные годы юности в Польше, знакомо то чувство, которое испытали мы, сойдя с подножки вагона на перрон красивого вокзала. Это чувство восторга — вот она ЗАГРАНИЦА! Даже воздух здесь другой!

Нас с мамой встречал отец. Он подхватил тяжелые чемоданы и мы поспешили к такси. Почему-то запомнился тот момент, когда мы уселись в машину и мама закрыла за собой дверцу, хлопнув ею со всей мочи, водитель, любезно обратившись к ней – «пани» ( что было для нас так необычно!), отметил, что мы уже не в Союзе и сели не в самосвал, а в «Фиат», поэтому дверцей так сильно хлопать не обязательно. Было так неловко…

За окнами Фиата мелькали чистые улицы Легницы, вымощенные брусчаткой, дома под красными черепичными крышами, яркие вывески магазинов!!!

Дом, возле которого остановилось такси, не произвел на нас бурного впечатления: серенькое старое здание, с очень узкими подъездами и деревянной лестницей, поднявшись по которой на 3 этаж, мы очутились в своей квартире. Мебель практически отсутствовала, в кухне находился большой котел для отопления, мрачноватые стены, страшненькая ванная, совмещенная с туалетом. В общем не « penthouse», но как мы радовались, бегая по этой квартире: — Ура, мы в Польше!

Первым желанием было попутешествовать по городу, походить по магазинам, дабы приобрести джинсы, о которых в Союзе и не мечтали и, конечно же, жвачку!

Каково же было наше удивление и разочарование, когда, пройдя по этажам «Дома товаровых», вместо желанных джинсов мы увидели, аккуратно разложенный по всем прилавкам большого магазина, мужской аксессуар — галстук-бабочку. Но отец поспешил успокоить нас, объяснив, что Польша на данный момент переживает экономический кризис, поэтому в государственных магазинах товар отсутствует. Зато в частных магазинчиках и на базаре этого добра хватает!

И действительно! У нас с сестрой разбегались глаза от изобилия модной одежды в этих маленьких «склепах», именуемых нашими «пеобразкой». Домой возвращались довольные — в новых джинсах, жуя жвачку « Лелик и Болик».

На следующий день предстояло устройство в школу. В Легнице было две русские школы. Мы оформились в 32-ю — большое 3-ех этажное здание в красивом архитектурном исполнении под красной черепицей! И понеслись наши славные дни учебы, чередуя друг друга, выливаясь в месяцы, годы...

С каждым годом мы познавали город, в котором жили и язык, на котором общались хозяева этого города. Уже, прожив год в этой стране, мы прекрасно понимали язык, который еще вчера был для нас чужим. У нас появлялись новые друзья среди поляков. Особенно много стало их, когда мы поменяли место жительства, переехав с центра города на окраину (со Злоторийской на Букову). Двухэтажные коттеджи, в которых проживали семьи советских военнослужащих в этом районе, чередовались с польскими домами. Поэтому вечерами на улице собирались «интернациональные» команды, мы играли в волейбол, бадминтон, прятки.

Чтобы как-то разнообразить досуг советских школьников, в бригаде связи, где служил наш отец, был организован кружок по стрельбе из автомата Калашникова. Очень хорошо запомнился тот день, когда нашу команду из 10-15 человек повезли в другой город (названия, к сожалению, не помню) на соревнования с польскими ребятами. По дороге все очень волновались, ведь нашему кружку было на тот момент недели две от роду, и некоторые из нас автомат правильно держать не умели… Когда мы приехали на место, нас встретили очень радушно! Вначале накормили, потом познакомили с соперниками. Мы узнали, что польские «стрелки» имеют стаж от двух лет и расстроились еще больше: — Опозоримся сейчас! Но уже к середине соревнований было ясно, что наши уедут победителями! – Как же так,- негодовали соперники,- мы стреляем уже 2 года, а вы 2 недели, и такие результаты?! – В чем секрет? А секрет был, только раскрылся он после награждения нашей команды. Польские ребята попросили разрешения у наших старших организаторов пострелять из нашего оружия. Мы, естественно, захотели опробовать их автоматы. Вот здесь и открыли секрет, что не стрелки польские хуже наших, а их оружие! Польские автоматы оказались очень легкими. Во время стрельбы, при отдаче ствол автомата передергивало так, что никакой речи не могло идти о попадании в мишень, или хотя бы рядом с мишенью. Из нашего же «Калашникова» польские друзья выбивали четко 9-ку, 10-ку! – Так не честно,- запротестовали наши соперники. А что возмущаться, лавры победы уже вручены! Вот так-то!

Недалеко от нашего коттеджного района протекала речка. Самая большая глубина в ней была — нам по пояс. Вода в ней никогда не прогревалась, потому как находилась в постоянном движении. В одном месте был сделан специальный порог из бетонной плиты, здесь вода в реке ниспадала маленьким водопадом! В этом месте мы и любили купаться. На речку ходили как наши, так и польские ребята. Мы хорошо ладили друг с другом, иногда ссорились по пустякам, но крайне редко. Разговаривали каждый на своем языке, отлично понимая друг друга. Но иногда вставляли в свою речь польские слова, а то и предложения, но делали это несмело. Нам казалось, что польские ребята будут смеяться над нашим произношением. Хочется отметить, что уезжая навсегда из Польши по прошествии 6 лет, мы знали польский язык лучше английского, который изучали шесть лет в школе. Ведь не зря говорят, что жизненная практика — лучший учитель!

У родителей тоже появлялись друзья среди поляков. Прошло двадцать пять лет, а мы хорошо помним их. Пани Люцина,- это симпатичная и очень приятная в общении женщина, которая работала в киоске «Ruch» по улице Познанской. Она всегда оставляла для нас газеты и журналы с модными вкладышами-плакатами звёзд мировой эстрады: «Dziennikludowy», «Zelonysztandar», «Razem». В погоне за этими журналами наши учащиеся простаивали большие очереди, прогуливая уроки в школе.

Пан Болик, который держал свой маленький магазинчик с бижутерией и разной мелочью. Без подарков к нам в гости он никогда не приходил. До сих пор у меня дома в шкатулке хранится цепочка из светлого серебра, подаренная паном Боликом всем женщинам нашей семьи.

Пан Бронек- офицер польской милиции. Приезжал к нам на своей служебной машине. Его возил молодой водитель-солдат по имени Роман. Очень скромный молодой человек, всегда смущался, находясь у нас дома. Мы с сестренкой были тайно влюблены в него, он называл нас «муи крулевны».

Пани Валентина, ее муж Анджей и их дочери Магда и Беатта, которые жили в деревне Рошувке, недалеко от Легницы. У них был двухэтажный дом, возле которого находилась громадная клубничная плантация, ничем не огороженная. Мы еще удивлялись, почему никто не обрывает ягоду, у нас на Родине за одну ночь обнесли бы! Такой крупной и вкусной «трускавки», как у пани Валентины, мы больше нигде и никогда не пробовали. Она привозила нам эту вкусную ягоду в специальных плетеных лукошках килограммами! Мы не успевали ее съедать, варили варенье. Уезжая в Союз, третья часть контейнера была заполнена банками с клубничным вареньем.

Наши милые мальчики два Юрека и Тадек, с которыми мы познакомились за месяц до нашего отъезда из Польши навсегда. Именно они провожали нас на безлюдном перроне в тот день, когда поезд увозил нас из Легницы насовсем. Как-то не верилось тогда, что больше мы никогда не увидим наших друзей, что больше не вернемся в нашу квартиру, не пройдемся знакомыми улочками, не сядем за парту нашей школы… – Неужели, все в последний раз?! Почему-то не верилось, казалось, что все будет так, как раньше: мы едем в отпуск в Союз, а через месяц вернемся обратно — ДОМОЙ!!! Но об этом позже.

Шло время, менялись наши одноклассники, учителя, подруги, менялись и мы сами. Повзрослев, мы перестали подбирать на улицах фантики от жвачек, которые коллекционировали, лазить по деревьям, обрывая чужую черешню и алычу. Нас стали интересовать дискотеки, музыка, кино.

Помню, нашим увлечением было – коллекционирование музыки. Мы писали ее с популярных радиостанций приемника. Нашей любимой была радиопередача, которую вел Богдан Фобьянский (извините, если неправильно написала фамилию). Ее вещали по пятницам в позднем эфире, когда родители смотрели по телевизору фильм ужасов в рубрике «kinonocne», мы с сестренкой сидели в наушниках, забыв про все на свете. Среди популярных на то время западных исполнителей были: ModernTalking, Madonna, JenniferRush, BonJove, Europe, A-HA… Среди польских исполнителей нравились некоторые композиции в исполнении групп Ledy Pank, PapaDance, Kombi, BudkaSuflera, Dwaplusjeden, WandaiBanda.

Мы стали посещать школьные дискотеки, а один раз попали на польскую дискотеку. Помню, как впечатлили нас танцы польской молодежи, они даже быстрые танцы исполняли в паре!

Одним из замечательных мест, где мы любили отдохнуть от шума и суеты, был городской парк. В этом парке можно было часами сидеть в тени деревьев, наблюдая за ручными белками, снующими взад-вперед, угостить их карамелькой. В черте этого парка находилось 3-этажное здание советского музея «Боевой Славы», в котором работала наша мама. Мы любили бывать у нее на работе, разгуливать по этажам с интересными музейными экспонатами, посидеть в кресле маршала Рокоссовского, выпить прохладного напитка в столовой, выполненной из дуба в подвальном помещении музея. Я до сих пор чувствую этот необычный запах: сырости и старины.

А какую великолепную пиццу делали в пиццерии, что находилась рядом с кинотеатром «Оgnisko»! Ее творили прямо на твоих глазах: замешивалось тесто и выкладывалось в форме больших квадратов, посыпалось грибами, тертым сыром, специями, заливалось майонезом и кетчупом и помещалось в жаркую духовку. Духовочные шкафы находились прямо здесь за стойкой продавца, и можно было наблюдать, как буквально через 5 минут из них доставалась пышная, ароматная пицца. Разрезалась на порции, укладывалась на бумажную тарелку и подавалась с прохладной аранжадой. Только ради того, чтобы снова попробовать эту замечательную пиццу, стоило бы вернуться сегодня в Легницу!!!!

Приехав в Союз, мы негодовали: почему же у нас не делают таких пицц, ведь это так просто! Даже сегодня, когда этих пиццерий — на каждом углу по несколько заведений, нигде нет такой вкусной, необычной, как была «легницкая»

Да разве только по этому поводу негодовали мы, вернувшись на Родину.… Очень долго мы не могли привыкнуть к нашим автобусам — рычащим и громыхающим дверьми-гармошками. А на пешеходных переходах, в то время как народ торопился перебежать дорогу на красный цвет светофора, мы примерно ждали зеленого, как научила нас Польша. И обвертку от мороженого несли домой, не найдя в городе ни одной мусорной урны, а выбросить себе под ноги не позволяла совесть, или воспитание. Прожив 6 лет в Польше, мы изучили и привыкли к иной культуре поведения и общения, перестраиваться не желали. Хочется заметить, то- наше поколение, побывавшее хоть раз за границей, очень отличалось культурой поведения от людей, никогда не выезжавших за пределы своего города. Нас воспитывали в другой атмосфере, и мы гордимся этим, стараясь воспитывать свои детей в тех же манерах. Это было маленькое отступление, а я хочу вернуться в милую Легницу.

Красивая была Легница на праздник Пасхи /Wielkanocy! Самый значимый и самый светлый праздник верующих христиан. Польский народ в этот день обязательно посещал костелы. На улицах города всегда встречались маленькие «невесты» в нарядных белых платьицах и «женихи» в костюмах. У этих девочек и мальчиков в руках был обязательный атрибут этого дня: корзинка с паской и крашеными яйцами. В костелах велась служба, величественно играл орган.

С улыбкой на лице вспоминаем второй день Świąt Wielkanocnych, мокрый понедельник. Ох, в этот день выйти на улицу было опасно. Любой прохожий рисковал быть облитым водой с ног до головы. Считалось, что все грехи будут смыты с тебя! Наши учащиеся очень любили этот день — такая прекрасная возможность пропустить занятия в школе! Тех, кто случайно или специально был облит из ведра воды, учитель отпускал домой. На входных дверях школы ставили техничек, чтобы те не выпускали наших учащихся из стен школы и не запускали польских ребят, так и норовивших ворваться! Ну некоторым, все же, удавалось проскочить! Запомнился урок математики, который вел наш преподаватель Кондратьев. Во время урока постучали, учитель опрометчиво открыл дверь и был жестоким образом облит из двух ведер, ворвавшимися в школу польскими ребятами. Мы смеялись так, что слышно было на соседней улице! У всех учителей в этот день скапливались в тумбочках их столов целые коллекции водных пистолетов и пулек в виде яиц.

Нашему отцу «повезло» в этот день! Отрезок его пути со службы домой лежал под железнодорожным мостом. Он долго стоял перед мостом, не решаясь пройти под ним. Там наверху стояла целая гвардия с полными ведрами! У отца было два варианта: пройти, попав под водопад или же не пройти, оставшись без ужина. Он предпочел первый! Форму сушили всю ночь.

Интересно было наблюдать за происходящим в этот день в городе через окошки нашего школьного автобуса!

Как-то раз, мы с сестрой, возвращаясь из школы, решили прогуляться через центр города, и попали в торжественное религиозное шествие, именуемое «выносом Божьего тела». Наверное, все жители Легницы собрались в этот день на площади перед костелом. Во главе массовой процессии шел священник под звон колоколов. Он нес перед собой что-то под балдахином ( как стало нам известно позже — это была так называемая дарохранительница с « Христом» ). Священник, именуемый у католиков папой, читал Евангелие, его голос раскатывался эхом по динамикам на весь центр города. Верующие вокруг часто крестились, припадая на колено. Нам с сестрой было как-то неловко находиться среди этих людей, мы приковывали к себе осуждающие взгляды верующих: во-первых, на нас были советские формы, во-вторых: мы как два столбика выделялись среди периодически припадающих на колени католиков. Тогда, чтоб не выделяться, мы решили следовать движениям окружающих, т.е. креститься и опускаться на колено. Таким образом, потихоньку мы выбрались из толпы, потеряв два часа свободного времени. Но это шествие запомнилось нам на всю жизнь своей торжественностью и величавостью!

В 1987 году через наш город проходила всемирная велогонка, она так и называлась: «Велогонка Мира 87» Директор нашей школы разрешила в тот день пропустить занятия в школе, дабы мы могли стать свидетелями этого крупного мирового спортивного мероприятия! Город долго готовили к его прохождению: улицы украшали плакатами, флажками, лентами, ограничивающими «коридор», по которому должны были пройти дистанцию спортсмены. Как вихрь, промчались мимо нас спринтеры и «коридор» снова оказался пуст! – Ну вот, так долго готовились и ждали, и так быстро все прошло — расстроились все болельщики. Я даже помню фамилию нашего спортсмена, который попал в первую пятерку, на данном отрезке дистанции. Это был Джамолиддан Абдужапаров- узбекский спринтер, представляющий на то время Советский Союз. У нас в школе еще долго говорили и вспоминали это большое для Легницы спортивное мероприятие!

Можно долго вспоминать всевозможные эпизоды, истории, из которых складывалась наша жизнь в Легнице. Это и наши школьные выступления на праздник 1, 9-го мая на стадионе города. Девочек одевали в коротенькие белые юбочки, мальчиков в костюмы, в руки давали цветы, или голубей из папье-маше и мы выполняли различные фигуры под музыку. Наши поездки на экскурсии во Вроцлавский зоопарк, в Ксёнж, на Снежку, поездки в концлагеря и многие другие. Но боюсь, что мой читатель уже устал слушать меня. Да и разве можно поместить на несколько страниц жизнь, длиною в долгие годы? Получится не очерк, а целая книга! В заключении хочу сказать, что если бы добрый волшебник предложил мне исполнить одно единственное заветное желание, я попросилась бы в прошлое — в милую, добрую, уютную Легницу! Туда, где нам по пятнадцать с сестрой, туда, где мама была молодой!

Вернуться и остаться там НАВСЕГДА!

Под сердцем где-то глубоко,

Где есть местечко для тоски-

Храним мы прошлое ОДНО

Одни и те ж нам снятся сны.

Нам снится город, сердцу милый,

Где нам опять по… надцать лет.

Там мы взрослели и любили

Не зная трудностей и бед.

Казалось, нет ни в чем барьеров:

День долог был, ночь коротка,

Там возле Дома офицеров